Дарья Набиулина: «Я не уверена, что можно «обернуть все вспять»

Мы на сайте и  в социальных сетях часто подымаем вопрос сохранения, убережения культур и языков малочисленных народов.
Эту же проблему мы сегодня обсудим с нашей гостьей и коллегой — Дарьей Набиулиной.

Малочисленный народ — не очень лицеприятное определение. А каково быть частью этого народа? Слушать и читать публикации о неизбежности ассимиляции, искать в авральном режиме варианты убережения самости народа.

— Меня определение «малочисленные народы» ничуть не смущает, так как оно говорит о реальной ситуации и численности северных народов.
Численность коренных малочисленных народов Таймыра (по данным Всероссийской переписи населения 2010 года) составляет 10 132 человек или 29,5% от общей численности населения, из них:

долганы — 5 393 человека;
ненцы — 3 494 человека;
нганасаны — 747 человек;
эвенки — 266 человек;
энцы — 204 человека;
прочие народы – 28 человек.

Я отношусь к народу долган из Хатанского района.

Каково быть частью своего народа!?

— Я родилась в 60-х годах и причисляюсь к поколению 80-х.
Мы всегда жили и сейчас живем бок о бок с русским народом. Если говорить об общем чувстве, у меня есть эмоциональное ощущение, что «русские» всегда были для моего народа как «приемные родители», которые воспитывали и корректировали нашу жизнь, при этом мало учитывая наши истинные национальные интересы и потребности. Понятно, что такое отношение тогда не было «злым умыслом» государства, а диктовалось «благими намерениями». При этом было много хороших и отдельных программ, было гос-обеспечение, бесплатное поступление и обучение в вузах страны для детей коренных национальностей.

Всем известно, что началом потери языка и самобытного традиционного уклада жизни северян стало введение повсеместно по всему северу системы интернатов, через которые прошла и я. Помню с детства, видимо интуитивно, чтоб не пропал язык, дети с поселков резко пресекали и не любили тех, кто говорил на русском языке внутри группы, это осуждалось. Возможно таким образом пытались «сохранить язык».

Сейчас мы наблюдаем печальные последствия советской политикой — социализации в отношении аборигенов Севера, Сибири и дальнего Востока без учета их особенностей. Почти исчезли языки и домашние олени. И я не уверена, что можно «обернуть все вспять».

Но опять же, время не стоит на месте, в новых, современных условиях есть возможность забыть притеснения и обиды, жить полноценной жизнью и рассказывать о себе, о своем народе, гордиться своей принадлежностью к нему, помнить и уважать свою национальную идентичность и корни, несмотря на происходящую неизбежную ассимиляцию народов. Ведь сегодняшнее время дает большую свободу и выбор для осознания, возрождения и сохранения национальной самости.

Я знаю, что в Хатанском районе, в отдаленных поселках таких как Новорыбное, Сындасско, Попигай сохранился долганский язык и сами долганы, не ожидая помощи извне, организуют всевозможные акции и мероприятия по сбережению свой культуры. Недавний интересный пример- преподаватель долганского языка Теребихина Настя запустила акцию в соц. сети ФБ  «Родной язык ради детей. Вернем детям язык», которая активно и воодушевленно подхвачена молодыми мамами долганками. Так что, не все так плохо как кажется.
Много зависит от нас самих.

Наиболее популярные на эту тему форумы в социальных сетях можно разделить на две основные группы:
— те кто настаивает и стремится заполучить государственную поддержку;
— те кто пропагандирует обучение детей родному языку в семье.
Какой позиции, и почему, придерживаетесь вы? Существует ли иной вариант решения проблемы?

— Я поддерживаю обе позиции, и третью, четвертую… Все, что поможет решению этой проблемы.

Считаю, что государственная поддержка нужна для развития коренных малочисленных народов Севера Сибири и Дальнего Востока. И не только для северных народов.
Думаю, что сохранение, развитие и продвижение культур всех народов России должна быть приоритетной задачей для нашего государства. Все культуры нуждаются в поддержке.

У нашей страны сложная и интересная судьба. После 70 лет «застоя» и закрытости от всего мира, сложного перехода на новый «рыночной» способ существования,  у страны не было особо времени уделять культуре пристальное внимание , хотя параллельно шло ее естественное развитие. Но сейчас, когда Россия пережила важные и глобальные процессы своего становления, наверное можно и нужно более серьезно заняться вопросами культуры.
Но на мой взгляд, человека не связанного напрямую с этой областью, есть ощущение, что в «культурном пространстве» существует некое затишье, возможно из за того что «прошлое не модно», не идет, не котируется, а «новое» пока зреет где то в глубинах культуры. И скорее всего происходит процесс переосмысления прошлых, накопленных культурных и духовных ценностей. Идет  рождение в «творческих муках» чего-то нового, отвечающего требованию нового времени. Это мое мнение)

Как вы относитесь к всевозможным фестивалям, конкурсам, концертам и …., посвященных теме нашей с вами беседы? Их проводится на разных уровнях довольно много. Какое из мероприятий вы бы считали успешным и отвечающим заявочной теме?

— Я только за. Ведь с помощью таких форм идет возрождение и сохранение национальной идентичности, самобытности культур, вовлекается активно и широко молодежь.

Мне нравится на этот счет опыт Якутии. Как они масштабно и красочно проводят культурные национальные мероприятия!
Мне кажется они сумели аккумулировать и трансформировать свою культуру во что то новое, необычное, красивое и привлекательное. Особенно для молодых.

Т. н. малочисленные народы Севера и Дальнего Востока обезличиваются без традиционного уклада жизни. В ней — в быте предков — все: языковые, культурные, мировоззренческие нюансы.

— Мне видится, традиционный уклад жизни северных народов как таковой уже уходит, потому что современное время вносит свои прерогативы.
В прежнем, чистом виде, они остаются у оленеводов, которые еще кочуют по тундре и в смешанном виде у семей рыбаков — охотников, тех кто живет у реки в национальных поселках.
Пока существуют языки малочисленных народов, олени, северные промыслы, и традиции, думаю еще можно говорить о традиционном укладе жизни.
Но не думаю, что без этого должно произойти обезличивание народов.
Я давно живу «современной жизнью», но при этом хорошо понимаю и помню что я долганка. И это напоминает мне каждый день зеркало:))
С возрастом я только укрепляюсь в этой мысли.

Молодое поколение живет в совершенно новой системе социальных координат. И они стремятся к знаниям, к более комфортным условиям жизни. Меняется их словарный запас, стереотип поведения. Это совершенно новые люди. Удасться ли им сохранить свою национальую самобытность?

— Пока молодые люди заняты проблемами социализации и само-реализации: учеба в вузах, получение образования, профессии, социального статуса, создании семьи, рождение и воспитания детей — им некогда думать о национальной самобытности. Конечно, хорошо когда кто-то из молодых об этом помнит всегда и возможно даже выбирает профессию исходя из этого.
Думаю в культурно-этнические процессы должны быть  вовлечены в большей степени среднее и старшее поколение. В жизни так и происходит.
Приходит момент, когда зов крови, генов начинает напоминать о себе. Всегда должна быть возможность  вернуться и окунуться в свою этнически культурную среду.
В этом плане жизнь устроена мудро.

В продолжении предыдущего вопроса: а может есть смысл интегрировать свою национальную специфику в новый, формирующийся мир и самим стать, не боясь этого, его частью?

— Интеграция каким то образом уже происходит. Думаю это неизбежно. А во что оно выльется, в какие новые формы —  время покажет.
Лично для меня в этом плане опять же показательна республика Саха Якутия.
Мне кажется у них уже происходят интеграционные и иновационные процессы в культуре.

Мы сегодня завершаем нашу беседу на «полпути»). Просмотрим вариант продолжения разговора с другим собеседником. Это будет интересно!
А вас, Дарья, хотим поблагодарить за то, что нашли время и возможность ответить на наши вопросы.


«PORTAL21» специально для проекта 
«Россия, открытая для Детства»